Plot

Терпеть больше невозможно. Стремительно распахивая всё, что на ней было, она, растекаясь краской, предоставила ему любоваться её дрожащей от напряжения фигурой, то тут, то там поблескивающей влагой. “Солёная” – отметил он с предвкушением, бросив её на раскалённое ложе. Она заелозила по нему, как по маслу. Можно просто сгореть от этого жара. Он хапал её своими огромными крепкими лопатами, круча и переворачивая со стороны в сторону. Она потекла. Струйки заливались повсюду, то смешиваясь с потом, то застывая в смущённой нерешительности. В дымном угаре, стараясь не выдать жгучую боль, она то шипела сквозь стиснутые зубы, то яростно слизывала брызги слюны, вырывавшиеся откуда-то из клокочущего нутра. Крепко зажав со всех сторон, он внезапно перебросил её с огня на холодный белый фарфор. Упруго подпрыгивая, выгибаясь и дрожа своими бледными формами, подставляя всю себя под его щупальца, стараясь вписаться и отпечататься каждой своей жилкой в его форме, она раздвигалась навстречу блестящему острию, уже окрасившемуся её соками. Она издала последний вздох, он отложил вилку, вытер салфеткой рот и очередной раз удивлённо подумал: “Интересно, ну почему же я так люблю яичницу?”

One thought on “Plot

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

11 − 2 =